Модульная мебель и трансформер: спрос больше с ростом малогабаритного жилья?

Мебель-­трансформер ― пожалуй, сама «несветская ниша». О ней мало говорят и пишут, её производство редко обсуждают на мероприятиях. Но в то же время нет и разговоров о её падении или просадке, как в случае некоторых других направлений. По крайней мере, последние 10 лет она жила в каком‑то своём мире, но сейчас со стороны может показаться, что на неё стали обращать больше внимания как потребители, так и производители и дизайнеры. Как будто об этой мебели стало появляться чуть больше новостей, чем обычно.

Например, недавно в среде творческих специалистов промелькнула информация о новинке от американского бренда Piccalio, который разработал решение для молодых семей, которым приходится часто менять спальное место для растущих детей. Речь идёт о кровати-­трансформере, которая из постели для малышей превращается в мебель для ребенка постарше.

Гибкость обеспечивают съёмные бортики-­ограничители, которые можно использовать как ножки.
Внимательные дизайнеры отмечают, что это может стать толчком для российских мебельщиков. К тому же появляются тематические статьи о том, что подобная мебель становится буквально необходимостью в современной жизни, помогая экономить не только пространство, но и деньги. Тем более что, по данным экспертов, в России самыми популярными типами планировок становятся квартиры-­студии и «однушки» в 40 кв. м.

Можно ли в самом деле говорить о росте популярности такой мебели среди населения? Что является драйвером этого направления в нашей стране и на других рынках? И не лучше ли себя чувствуют производители модульных решений и специальных комплектующих, которые помогают сделать мебель удобнее и компактнее? Мы обсудили все эти вопросы со специалистами.

Что чаще трансформируют россияне?

Кто‑то может сказать: «Как можно говорить об увеличении интереса, если с подобной мебелью россияне знакомы очень давно?». Ещё советские люди пользовались первыми трансформерами по типу раскладных столов. А диваны, превращающиеся в полноценные спальные места, любимы даже молодым поколением россиян.

Это подтвердило совместное исследование бренда Askona и Института человека РОМИР, согласно которому среди опрошенных в возрасте от 18 до 24 лет 58% ответили, что ежедневно спят на диване, и у многих модели именно трансформируемые.

«Раскладная мягкая мебель ― это, конечно, классика жанра для наших людей. Её используют достаточно давно, чтобы успело появиться множество вариантов конструкций с разнообразными механизмами трансформации. Также определённую долю такие решения занимают в столовых группах. А вот в корпусном направлении они представлены хуже всего.

Пожалуй, там можно выделить шкафы-­кровати, где спальное место поднимается, маскируясь под систему хранения, и вечером снова опускается. Их нельзя назвать особо популярными среди потребителей, поэтому дальше этих откидных кроватей мебельщики обычно не идут», — прокомментировал ситуацию председатель правления

Ассоциации мебельщиков Тюменской области (АМТО) Иван Бобков.

«Я бы сказал, что предложение диванов-­кроватей увеличилось. Раскладные диваны не просто остаются популярными, но и модернизируются. Например, у них уменьшились подлокотники, что также позволило сэкономить пространство. Или появились модели с ортопедическими матрасами. И стало куда больше вариантов раскладных столиков, пуфиков и стульчиков.

Причём среди основных потребителей я бы выделил молодёжь: она хочет жить отдельно, и в первое время приходится выбирать квартиры поменьше, где такой мебели самое место. Особенно такая тенденция развивается в городах-­миллионниках», — дополняет коллегу бизнес-­консультант, основатель консалтинговой компании «Корпорация стратегий» Роман Захаров.

Но тогда получается, что радикального изменения сегмент мебели-­трансформера не претерпел? Люди приобретают продукцию, которая пусть и осовременилась, но максимально похожа на ту, что была 10, а то и 20 лет назад.

«Говорить, что этот рынок сейчас вдруг резко взлетел, это очень большое преувеличение. Появляются некоторые новые решения, из-за чего может показаться, что растёт популярность, но такие периоды у этого сегмента были всегда. Например, когда я работал с брендом „Аскона” в 2017 году, доля рынка трансформируемой мебели составляла приблизительно 3% (примерно такая же она и сегодня).

И тогда мы пробовали продвигать растущие столы, меняющие высоту. Например, в Польше они были очень популярны, но у нас этот продукт отклика не нашёл. Насколько я знаю, бренд по-прежнему выпускает такие столы, но даже близко не в том количестве, в каком его производят за рубежом», — добавил Роман Захаров.

Другие эксперты тоже отмечают, что у российских людей сформировался свой особый взгляд на обустройство малогабаритных квартир.

«Для малогабаритных квартир сейчас особенно востребована мебель малых форм, но максимально многофункциональная. Мы специализируемся на таких решениях, поэтому особо отмечаем эту волну спроса. Среди самых популярных из нашего ассортимента — изделия, в которых объединяются функции двух или трёх предметов: например, пуф-обувница и тумба-­стеллаж. В условиях скромных квадратов массивная мебель съедает пространство, поэтому покупатели отдают предпочтение визуально лёгким, открытым решениям», — поделился статистикой директор ООО ТК «Найди» Дмитрий Козловский.

«Со своей стороны мы наблюдаем, что есть запрос на системы хранения от пола до потолка, чтобы полностью занять пространство стены. Поэтому мы включили в коллекции для кухонь, гостиных и прихожих антресоли, увеличили высоту шкафов.

Также мы вывели на рынок коллекцию спален с портальной системой. Её преимущество в том, что кровать интегрируется в пространство между системами хранения.

Ещё хочется подчеркнуть, что большинство технологических новинок, которые в своём роде тоже трансформируют мебель, появляются в гарнитурах ― тот же „волшебный уголок” или „лифт”, опускающий полки верхних шкафов. В рамках нашей компании кухни также дают более широкий диапазон возможностей. Неслучайно линейка мебели на заказ сделана на базе кухонных коллекций ― из-за большей гибкости», — рассказал директор по разработкам ООО «ДИЭМАЙ РУС» (мебельная группа «Дятьково») Дмитрий Родин.

Драйвер роста: а так ли плохо в России с жильём?

Среди тех мебельных вариантов, которые перечислили эксперты, не было каких‑то особо сложных трансформируемых решений наподобие «раскладных офисов» или прячущихся кухонных уголков.
Как отмечают эксперты, всё дело в том, что, несмотря на уменьшение жилья в России и сложности с его покупкой, в странах, где трансформер по-настоящему популярен, куда более сложные ситуация.

«В Китае, Японии и некоторых других странах Азиатско-­Тихоокеанского региона есть куда более существенные проблемы с жильём. Высокая плотность населения или специфические ландшафт и географические условия накладывают свой отпечаток, поэтому там такая мебель особенно процветает. У нас пока такой проблемы нет, поэтому чаще всего у нас стол — это стол, а кровать — это кровать», — заметил Иван Бобков.

«Мы в целом переняли эту мебель у американцев, европейцев и китайцев. Причём понемногу из каждой из этих стран, потому что у них очень отличаются взгляды на эту мебель. У китайцев из-за проблем с недвижимостью она очень многофункциональная и максимально утилитарная. А сейчас, когда у них так вырос уровень технологий, она стала ещё и „умной”. Можно даже назвать это гаджетом, потому что сейчас там по нажатию кнопки на пульте кухня может выезжать из пола или из стены.

У американцев такие изделия продаются в розничной сети Walmart — это максимально дешёвое решение, коробку с которым можно купить на месте и тут же самому собрать. И это тоже объяснимо: в том же Нью-­Йорке даже маленькие квартиры для студентов и молодых
специалистов — это очень дорогое удовольствие. И, по сути, больше никакая другая мебель туда и не подойдёт.

А вот европейцы (особенно итальянцы), наоборот, вывели такие решения в премиальный сегмент. Там трансформеры — это произведения искусства как с точки зрения дизайна, так и с точки зрения механики. Они буквально подчёркивают уникальный стиль жизни», — объяснил Роман Захаров.

Казалось бы, исходя из последних экономических трендов, мы должны повторить или американский, или китайский сценарий. Но, пожалуй, если это и произойдёт, то не в самое ближайшее время.

Минстрой уже рекомендовал властям регионов согласовывать новые проекты, где минимальная площадь студий начинается от 28 кв. м, однокомнатных квартир — от 36 кв. м, двухкомнатных — от 49 кв. м, трёхкомнатных — от 66 кв. м. С лета 2024 года такие стандарты уже действуют в Москве, а в Московской области — с начала 2025 года.

А в Ленинградской области и вовсе планируют ввести запрет на строительство квартир площадью до 28 кв. м с 1 января 2026 года. Отчасти это связано с тем, что такая жилплощадь стала приобретать среди россиян всё большую популярность. Люди всеми способами пытаются приобрести хоть какой‑то собственный «угол».

«У нас даже стала потихоньку расти ниша мини-кухонь, которая у нас никак не развивалась долгое время. А теперь я их начал наблюдать на некоторых российских выставках. Такие решения, где на двух квадратных метрах вместе с минимальным гарнитуром есть холодильник, плита, посудомоечная машина, и всё это к тому же прячется под отдельной панелью», — поделился наблюдениями директор по развитию новых проектов ООО «Диван Трейд».

Мебель-­трансформер — это ещё и про упаковку

С развитием маркетплейсов мебель-­трансформер пошла у нас по совершенно неожиданному пути. Как эксперты уже отмечали выше, россияне очень полюбили раскладные и изменяемые малые формы. Причём не только пользователи, но и сами мебельщики. И не последнюю роль тут сыграли удобство и простота упаковки и доставки.

«На платформах очень много таких интересных предложений. Складные стулья и табуретки, которые в то же время могут выполнять и роль стремянки. Или пуфики с местом для хранения: домой вы приносите плоскую упаковку, вскрываете и вытягиваете место для сидения, внутри которого к тому же можно хранить вещи.

А, как только он надоел, вновь сложили его до плоского состояния и убрали в шкаф. Есть варианты, которые включают функцию журнального столика, которых, кстати, тоже стало очень много, компактных и в различных вариантах.

Причём нельзя сказать, что мебель, экономящую пространство, стали изначально затачивать под продажу через маркетплейсы. Но платформы всё же дали этому направлению серьёзный скачок», — уточнил Роман Захаров.

Развивая свою мысль, эксперт добавляет, что, так как логистика и хранение сегодня тоже подорожали, многим мебельщикам и самим выгодно торговать такими компактными раскладными изделиями, которые к тому же собираются в небольшую коробку. Если подумать, даже мебельные конструкторы, чьи элементы также удаётся уместить в небольшой таре, частично можно отнести к этой категории.

«То есть трансформация мебели сейчас идёт в двух направлениях: в сторону оптимизации жизненного пространства покупателя-­пользователя и рационализации логистики, доставки и хранения товара», — заключил г-н Захаров.

Так ждать ли «бума» на мебель-­трасформер?

Продолжая свою мысль, эксперт добавил, что, на его взгляд, развитие малогабаритных трансформеров будет только усиливаться.

«А вот роста популярности именно крупногабаритных раскладных изделий в ближайшие 10 лет я бы не ждал», — заключил Роман Захаров.

«Я думаю, некоторые из решений найдут своих потребителей среди офисных работников и молодёжи. В первом случае это будет способ оптимизации площади — аренда тоже дорожает. Во-втором — такую мебель будут использовать не в полной мере, а скорее как „фишечку”, изюминку в современном интерьере.

Новое поколение любит технологии и минимализм, и решения-­трансформеры могут создать вау-эффект, если это мебель-­гаджет из Китая, или позволят спрятать лишнее, создавая эффект очень лаконичного пространства.

Очень вероятно, что вырастет интерес к выкатным изделиям, которые будут прятаться за панелями или внутри более крупной мебели. Но в итоге всё в любом случае решит их себестоимость. Но, так или иначе, глобального роста мебели-­трансформера я бы не ждал», — высказал предположение председатель правления АМТО Иван Бобков.

«На мой взгляд, говорить об активном распространении трансформируемых систем пока ещё рано. Деморешения, представленные в интернете и на выставках, выглядят эффектно, но рассматривать целесообразность их внедрения нужно с учётом экономики и практического применения. В мягкой мебели, которую мы также предлагаем покупателям, это распространённая практика. В корпусной — пока нет», — поддержал коллег директор по разработкам мебельной группы «Дятьково» (ООО
«ДИЭМАЙ РУС») Дмитрий Родин.

Чудо в мелочах: элементы для оптимизации обычной мебели

Из слов экспертов можно выделить ещё одну причину (кроме особенностей в нише жилья), из-за которой такая мебель не популярна в полной мере, — дороговизну некоторых механизмов. Как отметил из своего опыта Роман Захаров, в сложных изделиях доля элементов в себестоимости самой мебели может доходить и до 50%. Иван Бобков дополняет, что в этой ситуации существует своеобразный замкнутый круг: стоимость таких механизмов упадёт, только если мебель с их использованием станет популярнее и объём её выпуска увеличится.

В России этого пока не ждут, а вот, например, между Китаем и Европой ужесточается конкуренция в этом направлении.

«Если лет 7 назад азиатские производители вдохновлялись европейскими механизмами и предпринимали попытки копирования (как минимум внешнего вида), то сейчас они шагнули далеко вперед, и это очень заметно. Например, поворотный механизм для завершающего шкафного модуля выпустили так быстро, что даже непонятно, кто был первым, китайцы или европейцы. Но именно коллеги из КНР усовершенствовали свою версию сервоприводами и голосовым управлением», — поделился наблюдением о соотношении сил на этом рынке Дмитрий Родин.

Поэтому эксперты отмечают ещё одну тенденцию: люди готовы оптимизировать своё пространство, работая с деталями. Некоторые из них достаточно убрать, чтобы человек почувствовал себя комфортнее.

«Если мы где‑то за что‑то цепляемся, это уже своего рода ограничение пространства. Поэтому отказ от накладной фурнитуры в пользу систем push или J-ручек отчасти тоже связан с тем, что вероятность зацепиться в узком пространстве за мебельную ручку достаточно высока.
На нашем производстве установлено оборудование для изготовления фасадов с J-ручкой с удобным захватом, и, конечно, это вписано в дизайн коллекций.

Также из соображений не только эстетики, но и безопасности для малогабаритных квартир актуальна мебель с плавными формами. Наши технологические возможности позволяют делать профильные скруглённые поверхности без острых краев», — объяснил Дмитрий Родин.

И наоборот, стоит добавить в традиционную мебель, казалось бы, незначительный элемент, как её функционал мгновенно преобразится.

«Сегодня рынок ищет не столько очередные механизмы-­трансформеры, сколько простые, но умные решения. Чем меньше квартиры, тем выше ожидания к мебели: она должна занимать минимум места, выглядеть аккуратно и при этом оставаться удобной. Вот почему сейчас набирают популярность изделия без сложной механики, но с сильным функциональным эффектом.

Поэтому мы и создали нашу систему хранения (в честь которой названа и сама компания), которая является альтернативой поперечной выдвижной штанге. Она не требует ни электрики, ни подвижных деталей, зато полностью меняет логику хранения одежды. С её помощью вещи располагаются под углом 45⁰, за счёт чего шкаф может оставаться вместительным и удобным с глубиной всего 40–45 см. Это кажется мелочью, но на практике этот параметр шкафа уменьшается на 20–25%.

Не нужно ничего выдвигать, крутить, ремонтировать — всё работает на геометрии и логике. Мы называем это „умным минимализмом”, когда простая форма решает сложную задачу. И мы видим отклик, что рынок к этому готов. Наши мебельщики начинают уставать от „механизмов ради механизмов”. Им нужно то, что легко внедрить, просто объяснить покупателю и комфортно использовать каждый день», — отметил основатель бренда Foscrinium (ООО «Фоскриниум») Александр Мельников.

Эксперт также уточняет, что раньше компактную мебель воспринимали как компромисс: меньше — значит неудобнее. Но сейчас от таких решений требуют красоты и практичности, и отрасли приходится отвечать на эти запросы. Поэтому на рынок постепенно выходят неглубокие шкафы и гардеробные, где каждая деталь просчитана. А небольшие фурнитурные решения становятся уже не частью мебели, а её «смысловым ядром».

«Это заметно и в крупных проектах, и в заказной мебели. Появляется новый подход: не „куда поставить шкаф”, а как использовать каждый сантиметр пространства с умом. Ряд мебельных предприятий уже делает первые шаги в этом направлении.

Например, мы сейчас сотрудничаем с партнёрами-­мебельщиками из серийного сегмента, которые завершают разработку новой модели шкафа, создаваемой специально для нашей системы хранения. В ближайшее время она появится в продаже. Для отрасли это важный сигнал: новая категория неглубоких шкафов становится реальностью», — добавил Александр Мельников.

Модульная мебель: конкурент или параллельное направление?

Но следует отметить ещё одну нишу, где и механизмы стоят в разы дешевле и где мебель оптимизирует пространство по совершенно иным правилам.

«Механизмы занимают 10‒15% цены. Всё‑таки акцент в любой мебели делается на основной материал (а это либо металл, либо ДСП), и он забирает на себя большую долю себестоимости изделия. Что касается нашей компании, то мы заостряем внимание не на трансформации мебели, а на её модульности, вариативности размерного ряда.

Такое решение даёт возможность вписать мебель не только в небольшую квартиру, но и в маленькую нишу в помещении. Мы достигаем этого, не используя ДСП, а создавая системы хранения из вертикальных стоек, сетчатых полок и корзин. Такая мебель занимает минимум места, легко интегрируется в любой интерьер и выглядит легко и воздушно. Люди могут подобрать мебель как из готовых модулей, так и по индивидуальным размерам.

Причём такие решения и комплектующие к ним сегодня можно купить в федеральных сетях. Свою продукцию мы также там реализуем. Мебель, которую продают в сетях DIY, всегда сопровождается подробной инструкцией, поэтому собрать её не составит труда даже обывателям», — высказал точку зрения директор ООО ТК «Найди» Дмитрий Козловский.

Слова эксперта частично подтверждает статистика. Так, по данным Ассоциации мебельной и деревообрабатывающей промышленности (АМДПР), в начале 2025 года наблюдалось семикратное повышение продаж модульных мебельных комплектов. Тогда в среднем динамика роста варьировалась от 24 до 40%.

Однако ряд экспертов считает, что сравнивать рынки мебели-­трансформера и  модульной не  стоит: они слишком разные, хотя функционал этой продукции, на первый взгляд, похож.

«Одна ниша точно не вытекает из другой. Если в сегменте трансформеров наблюдается какое‑то развитие, хотя бы даже технологическое, то модульная мебель — очень давняя и консервативная история ещё с советских времён. Она особенно выгодна производителям, потому что унифицирована, достаточно лишь менять размеры», — отметил Роман Захаров.

«Модульная мебель — отличный способ для мебельщика увеличить объём, повысить производительность труда людей и упростить процессы моделирования. Я бы назвал это направление „фастфудтизацией производства”. Поэтому неудивительно, что её активно производят сегодня. Предприятия даже стараются привносить какие‑то „фишечки”, что‑то изобретать.

Но в любом случае модульная система — это в первую очередь продукт серийных производителей, крупных фабрик, которые работают на большие рынки. И я бы не сказал, что они будут радикально решать проблемы маленького пространства. Тем более что значительная доля такой мебели — это гарнитуры. А велика вероятность, что со временем мы начнём отказываться от кухонь в принципе», — высказал предположение Иван Бобков.

Трансформация пространства изменит мебельный рынок?

Теорию нашего эксперта нельзя назвать безосновательной. В начале лета мы сами писали новость о том, что в Тюмени планируется первый жилой комплекс с квартирами без кухонь. Пусть дом ещё только строится, но продажи уже стартовали, и высокий спрос очень радует застройщика.

«Если подумать, возможно, рост ниши мини-кухонь происходит не из-за сокращения площади жилья, а из-за того, что у нового поколения меняются взгляды на само это пространство. Людям постепенно становится не нужна многофункциональная кухня. Многим уже не нужна духовка, чтобы что‑то там печь, — она уходит из обихода.

Достаточно микроволновки, чтобы разогревать там готовую еду, или максимум мультиварки, в которой можно что‑то приготовить без лишних усилий. Всё больше россиян пользуется доставкой или ест в кафе и ресторанах. Как следствие, уменьшается площадь для приготовления пищи, то есть сама кухня.

То, что такой тренд есть, подтверждает проект нашего тюменского застройщика с квартирами без кухонь. Поэтому, возможно, на мебель-­трансформер для кухни и модули со временем может значительно сократиться спрос», — развил свою мыль председатель правления АМТО Иван Бобков.

Тем более что в Европе такое веяние отмечено уже давно.

«Сейчас в коллекциях европейских брендов достаточно высокого ценового сегмента наблюдается тенденция полностью скрывать композицию за панелями. Скорее всего, это связано с культурой потребления. Европейцы реже используют кухню по назначению. Рассматривают кулинарию как хобби, а в основном питаются в ресторанах.

Ещё одно наблюдение из-за рубежа: молодежь там много путешествует и не привязывается к месту, у них не принято „вить гнездо”. Там нет культуры обустраивать квартиру одной мебельной коллекцией. Мебель привозится из путешествий, остаётся от старых хозяев жилья. Она не в приоритете.

Поэтому, да, потребность формируется не габаритами жилья, а изменениями в культуре потребления того или иного продукта», — частично согласился с коллегой Дмитрий Родин.

Однако эксперт всё же считает, что, как в нише мебели-­трансформера не предвидится радикального роста, так же наше население в одночасье не откажется от кухонь, а значит, и от модульной мебели и других решений для оптимизации этого помещения.

«В России решения, которые позволяют „спрятать” кухню, не так распространены. Лично знаю человека, который купил гарнитур, скрывающийся за панелями, и достаточно быстро понял, что это непрактично. Чтобы просто попить воды, нужно поднять экран, убрать заглушку с раковины, открыть кран, а потом проделать те же действия в обратном порядке.

Поэтому мы учитываем потребности владельцев малогабаритных квартир при разработке своих мебельных коллекций, используя другие приёмы. В этом смысле наш рынок более традиционный. И, пока он остаётся таким, говорить о радикальных изменениях рано», — подытожил директор по разработкам мебельной группы «Дятьково».

Текст: Мария Бобова. Фото: freepik.com.